Сумрак душу мою с тоской нежной гложет,

Укрывая, как в саван и злобой играя в груди.

Сердце пламенем жжёт и болит оно, и тревожит,

Ожидая кровавый рассвет у судьбы впереди.

Годы мчатся вперёд, устремляясь с любовью к закату,

Боль растёт и торопятся кони к осмысленной пропасти.

Охладело в душе и считаю себя, лишь себя виноватым,

Не сберёг. Не сумел. Всё пропало. Ты просто прости.

И в остывшей купели судьбы, ты становишься братом,

И даруется нежность лишь тем, кто пылает в ночи.

Всё уходит от нас далеко, далеко, безвозвратно,

Ухмыляются с грустью вдалеке судьбы палачи. 

Одиночество тянет и мнится осеннею сыростью,

По стеклу пробивает с усильем дорожку слеза.

Мы с тобою навеки оставлены божьею милостью,

И закрыты, на толстый, амбарный замок, небеса.

И объятья твои холоднее становятся к разу,

Поцелуи, что мёдом манили, полынью горчат.

И несу я один ту любовь, что проказу,

Плачут ангелы наши или просто угрюмо молчат.